Category: кино

Клаус: когда добрый поступок меняет все

Сказать по правде, я не люблю рассказы и фильмы, созданные специально "под Рождество". Да и само современное Рождество и Новый год считаю не более чем одной всемирной рекламной акцией для сбыта дешевого ширпотреба. Вот почему мультфильм "Клаус" приятно меня удивил. Я не ожидала, что посмотреть его предложит мой муж: он тоже не любитель слащавого кино. 

И как же я рада, что не стала отказываться! Не буду останавливаться на визуальной ценностью мультфильма: ею сейчас никого не удивишь. Скажу, что мне понравилось в сюжете и атмосфере.

"Клаус" - это альтернативная история всем известного рождественского старика. Довольно неожиданно повествование ведется не от лица заглавного героя и даже не от лица ребенка, что было бы ожидаемо. В центре сюжета - безалаберный выпускник почтовой академии, избалованный сын богатых родителей по имени Джеспер. Отец юноши - начальник почты в неназванной скандинавской стране, запоздало берется за воспитание сына и отправляет его налаживать почтовое сообщение на отдаленный остров, затерянный среди туманов. Здесь нет ни любимого Джеспером дорогого кофе, ни сладких вин, ни шелковых простыней. Зато есть омерзительная погода, смертельная скука и агрессивные жители, чье любимое развлечение - массовые драки стенка на стенку, но никак не гостеприимство. 

Collapse )

Киноитоги

Год выдался чертовски урожайным на не просто хорошее кино, а взявшие за горло произведения: "Суспирия" и "Джокер". Лука Гуаданиньо оставил Дарио Ардженто далеко позади по силе воздействия на зрителя, ощущению ужаса и раскрытию персонажей. В категории "эстетика" итальянские мастера примерно в одной весовой категории. Тема красного терроризма в западном Берлине, на сюжет прямо и не влияет, зато здорово влияет на настроение картины.
"Джокер" смотрела дважды и потом долго еще перебирала обзоры. Удивительно, какая сила так преобразила красавца Хоакина Феникса в убогое, отталкивающее создание... Перерождение жертвы в хищника, освобождение и дионисийская пляска на ступенях, ведущих вниз... Загадка, что есть сон и что есть явь, что есть "норма" и что - сумасшествие. Развенчание традиционно "хороших парней" в лице Уэйнов. Хочется добавки в виде "Женщины-кошки" или "Харли Квинн" от той же команды.
И вот, теперь я за 3 дня посмотрела первый сезон "Хемлок Гроув", просто наугад потыкав в фильмографию Билла Скаасгарда. Сериал - такой же шедевр в своём жанре, как "Сайлент Хилл" в игровой индустрии. При архипопсовейшей тематике "оборотни - вампиры" создатели сотворили нечто самобытное и весьма неглупое, щедро сыпанув символизма. Хитросплетенная интрига и непредсказуемость, небольшие порции ядреного хоррора и очень дозированное раскрытие информации, отличная актерская игра и стильная картинка, сочетание мистики и зловещих научных экспериментов, красивейший броманс на протяжении всей истории - и всё, я на крючке. Злобная сука Оливия цепляет мои личные триггеры так, что при каждом ее появлении трясет от ненависти. Главные герои прекрасны в своих отчаянных попытках побороть зло внутри себя и защитить близких, хотя временами провоцируют на жестокий фейспалм. А будь мне снова 16 лет, то я б, наверное, вовсю копировала манеры, позы и стиль Романа - разумеется, с поправкой на свой пол. Минусов я обнаружила три: нелогичная "любовь-ненависть" двух заклятых врагов, наличие в сюжете тупой овцы  (чья смерть делает эту связь еще более глупой) и нелепая, на мой взгляд, сцена превращения оборотня.
С замиранием сердца жду выхода новой "Дюны", хотя заранее считаю, что Тимоти Шаламе ни за что не превзойдет Кайла Маклахлена в роли Пола.

Про невесту с дробовиком и школьницу с газетами

Посмотрела на днях два стоящих триллера из разных эпох. И зацепили они меня так, что сподвигли нарушить затянувшееся молчание. Получилась довольно феминистическая подборка.

Иногда бывает так, что простая до примитивизма история и концепция фильму только в плюс. Таким оказался триллер "Я иду искать", порадовавший меня, может быть, чуть меньше, чем более серьезная "Девушка с татуировкой дракона", но укрепивший веру в то, что большое кино все ещё "может". Этот фильм напоминает какой-нибудь горючий шот - ядреная смесь насилия, щекочущего нервы саспенса и прямолинейной, как рельса, социальной сатиры.

У каждой богатой семейки своей странности. Одни предпочитают черный цвет, мрачный юмор и гильотины в качестве детских игрушек, другие - выглядят респектабельно, а когда никто не видит, *cпойлер* , сбрасывая останки жертв в скотомогильник. Юная Грейс (отсылка к "безупречной" Грейс Келли, если внимательно посмотреть на героиню) готовится к свадьбе со своим парнем, чтобы очутиться в семье, как вы могли догадаться, второй категории. Намеки своего жениха Алекса и его старшего брата на то, что в роскошном имении ей придётся тяжко, участники свадебной церемонии - не самые приятные люди и вообще, "нам еще не поздно сбежать" девушка предпочитает воспринимать исключительно как шутку. Она не скрывает, что стремится понравиться новым родственникам: не дело тут, как мы узнаем позже, не только и не столько в деньгах...

Грейс подрагивает под оценивающими взглядами богатеев, пытается скрыть вредные привычки, старается говорить приятные слова. В то время как с "той стороны" многие напоминают: ты нам не ровня. Обеты в произнесены, кольца надеты - что может пойти не так? Но есть "нюанс": по старинной традиции в полночь после свадьбы она должна сыграть с новой семьёй в игру. Какую - подскажет странная колода карт с давней историей. В свадебном платье играть немного неудобно, но почему бы и нет?.. О том, что родственнички от мала до велика похватают со стен все, что стреляет, колет и режет, а новоиспеченный муж не должен будет им мешать, наша воздушная красавица не знает.


Треш? Ещё какой. Но весёлый, а главное, в течение фильма даются ответы на все вопросы.

От того, чтобы умереть сразу, девушку спасает только промашка одной из охотников - восторженной кокаинистки и такой же искательницы одобрения, какой несколько минут назад была сама героиня. Осознав масштаб уготованной ей задницы, она хотя и полупарализованная страхом, добирается-таки до ружья... Дальше ей придётся страдать на полную катушку: острых моментов, когда вот-вот укусишь свой кулак, будет немало.

Тонкая-звонкая Грейс физически слабее почти всех в своей новой "семье" и, ясное дело, не готова к жестокому бою, а белое платье делает ее особенно заметной и мешает всю дорогу. К чести создателей фильма, об её уязвимости они не позволяют забыть ни на минуту (а то надоело, что 40-килограммовые ангелы раскидывают здоровых мужиков, как котят). И если в первые минуты фильма девушка вызывает своей наивностью фейспалмы то, видя её в беде, сочувствием проникаешься на сто процентов. "Бунт жертвы", когда дрожь и оцепенение страха сменяются гневом и звериной жестокостью, показан превосходно: такого бунта желаешь всем, кто когда-либо подвергался притеснениям. Случалось читать, что в момент крайнего испуга или ярости наши мышцы и мозг работают в полную силу - так, как изначально было положено природой. Это тоже нашло отражение в фильме. Героиня показана и сильной - именно тогда, когда это нужно, и умной - если говорить об умении задействовать в борьбе всё, что есть под рукой. В конце концов, оружием пролетариата может быть не только булыжник, а, например, дорогая семейная реликвия.

Не обойдётся без щедрой порции чёрного юмора и парочки сюжетных сюрпризов, связанной с выбором сторон в этой неравной схватке. В подробности углубляться не буду и сильно распространяться о финале тоже. Скажу, что после зрелищной кровавой бани сценаристы поставили жирное многоточие, а я такое люблю.

Отечественный "Поклонник" 1999 года, о котором я в юности, увы, даже не слыхала, был упомянут в обзоре на Horrorzone. Это драматическая история взросления - и крушения детских иллюзий - завернутая в оболочку триллера про серийного убийцу. И если вы не совсем уж законченный циник, то картина вам, скорее всего, понравится. Я посмотрела на одном дыхании и внесла его в очень короткий список любимых постсоветских фильмов - вторым номером после "Внука Гагарина".


На дворе лихие 90-е. Из семьи уходит отец, чтобы жениться на молоденькой любовнице (сцена в суде задает тон отлично презентует нашу героиню и всю семью). Стремясь помочь оставшейся на бобах (хоть и с квартирой) инфантильной мамаше, школьница Лена устраивается подрабатывать на почту. Девочка разносит газеты по вечерам, несмотря на то, что в районе свирепствует маньяк. И когда таинственный мужчина вдруг спасает Лену от уличной шпаны, а затем посылает подарки и запугивает неугодных девочке людей, та понимает, что "подружилась" со смертью. Но не сразу понимает, что у такой дружбы может быть очень дорогая цена...

Сценарий картины хорош, но "отлично" ей хочется поставить в первую очередь за актерскую игру.

Я не знаю, кто придумал нелепую шутку о том, что дети никудышние актёры (юные Мейси Уильямс и Софи Тёрнер это убедительно опровергли), но перед талантом Марины Черепухиной, сыгравшей Лену, снимет шляпу и сам Станиславский. Так передать гнев, разочарование, смертельный ужас и панику не под силу большинству взрослых киноартистов. Елена Сафонова, Мария Порошина и Константин Хабенский на её фоне - так, декорации. Многие страшные моменты картины (не изобилующие кетчупом) показаны именно через её реакцию - и в эти моменты кажется, что она совсем не играет... И да, нам от всей души жаль ребёнка, который в одиночку столкнулся и со взрослыми склоками и с кровожадным психопатом, который намного ближе, чем она может представить. Финал тоже полуоткрытый, позволяющий пофантазировать - куда история могла бы повернуться в реальной жизни.

Из минусов - слишком уж дешево, натянуто и "фантазийно" выглядит финальная экшен-сцена. Для тех лет, впрочем, простительно. 
amelia

"Ведьмак" от Netflix

Черная Фрингилья меня не расстраивает. А вот "Йеннифер". Ничего не имею против актрисы, но с такой ангельской внешностью и глазами трепетной лани ей в церковном хоре надо петь, а не объезжать Белого Волка. Вся надежда теперь только на её способность к перевоплощению, но пока мало верится, что это нежное создание может загнать под каблук матерого ведьмака.

Любопытно, кого вообще отсматривали на роль Геральта и были ли пожелания фанатов хоть учтены хотя бы малость. Что-то мне кажется, работа над сериалом ведется по принципу "Доктор сказал в морг - значит в морг, а вас, быдлота, никто особо и не спрашивал".

Неожиданно порадовала Цири: при прочтении книги представляла ее примерно такой. Многие фыркают "страшная", но по мне она и не должна быть раскрасавицей, особенно в подростковом возрасте. В книге и играх и так хватает секс-бомб.

Где же, интересно, Трисс?

Ловушка "целевой аудитории"

Нередко приходится слышать: прежде чем что-нибудь писать/снимать, нужно выбрать целевую аудиторию - решить для себя, для кого ты своё произведение создаёшь - барышень 12-16 лет, хипстеров, тётушек постбальзаковского возраста, "среднестатистических" мужчин или вообще геев. И от этого плясать. Долгие годы я бездумно соглашалась с этой выдранной из маркетинга "аксиомой", но всё же время от времени у меня пробуждалось ощущение: что-то здесь не так.

Да всё не так!
Collapse )

Наркоман Рагнар

Наконец-то дошли руки посмотреть 4-й сезон любимых "Викингов".

Разочарование, друзья, сплошное разочарование. Вот что бывает, когда сюжет размывают, чтобы снять побольше сезонов в ущерб здравому смыслу. История Рагнара должна была окончиться на 3-м сезоне. И в третьем сезоне его, согласно истории, должен был порешить коварный король Элла, чтобы четвёртый можно было посвятить мести Бьорна.

Однако нашим глазам предстаёт Collapse )

И ни одного поворотного момента, равного своей мощью и внезапностью Красной Свадьбе или прибытию рыцарей Долины, мы тоже не наблюдаем. Обидно - как будто купила красивое яблоко - в том же месте, где и всегда, а оно, зараза, из парафина.

Мы вколачиваем гвозди, чтоб в гробу лежали кости...

Два фильма ужасов, зело порадовавшие меня недавно - "Визит" Шьямалана и "Крампус" Майкла Доэрти.



"Крампус" оказался мне особенно близок как ненавистнику семейных торжеств, понимающему главного героя как нельзя лучше: сценарист не пожалел сарказма, изображая "воссоединение семьи" на Рождество и удушающую тесноту "родственных уз". Парнишку особенно жаль, потому что желал он всего самого хорошего, а получилось то, что получилось. Вообще я рассчитывала увидеть слегка чернушную сатиру, сдобренную не очень страшными кошмариками, и вовсе не ожидала, что в фильме будут убивать и жрать, в том числе детей. Даже в третьем "Чужом" Ньют милостиво умертвили во сне до начала основного действия, а здесь решили не жалеть никого. Чудовища, берущие на абордаж семью главного героя, выглядят неизбито и по-настоящему опасны. Особенно пугает сцена, когда лохматое серое нечто, плохо видимое из-за метели, скачет с одного дома на другой ещё до наступления ночи. Ряд моментов порадует сторонников легализации огнестрела, нервный смех местами тоже обеспечен, а за концовку сценариста хочется просто крепко обнять. Шикарный финал!

Ужас "Визита" более приземлённый, бытовой, и, можно сказать, физиологичный. Ни тебе привидений и старинных проклятий, ни кровавых луж, мозгов по стенам и смертельных хрипов. Зато сюжет заставляет включить фантазию и поломать голову - что за чертовщина происходит в доме, что на самом деле заставило мать главных героев удрать от собственных родителей, теряя тапки, и почему спустя пятнадцать лет она отпустила ребят к бабушке с дедушкой, с которыми что-то очень сильно не так. И это "не так", вначале проявляющее себя в мелочах, медленно, но верно берёт за горло именно потому, что в нём отсутствует сказочность, присущая другим ужастикам. Нерешительность подростков, никак не желавших покидать нехороший дом, вызывала в течение картины сильное раздражение, но кому из нас не случалось, даже вид перед собой опасность, надеяться на "авось"?

Развязка фильма похожа на мощную и неожиданную пощёчину, заставшую тебя среди судорожных попыток объяснить происходящее. Но без леденящей кровь игры Дианны Данаган в роли "бабушки-оборотня" не сработало бы ничто из перечисленного.

Модно быть умной: Пусть захлебнутся своим ядом

Причинами хамства называют "тяжёлую жизнь". Но эти "бунтари-одиночки" чаще всего прекрасно держат себя в руках в присутствии своего начальства или представителей власти, а отрываются почему-то на вас... Может, не стоит так часто молчать и терпеть?

Промчаться дорогой ярости... или "Мама, меня фура убила!!!"

Вчера, как и планировала, посетила закрытую премьеру "Для Максов" от "Формулы кино" в Европейском в числе своих собратьев по тусовке After Us. Люди в кинотеатре нас сначала боялись, потом понимали, что мы на самом деле добрые, и с удовольствием подходили к нам фотографироваться. Жаль, что в силу особенности места не удалось развернуть какую-либо интересную движуху с участием гостей, но это мы еще наверстаем.

Теперь о фильме, на котором я временами забывала дышать. Дух первых трёх частей "Макса" сохранился превосходно - и это тем более удивительно, потому что мы привыкли, что каждая последующая серия какой бы то ни было франшизы обычно всё слабее и слабее. Да, хоть лицо у Макса и другое - Том Харди ничуть не хуже Гибсона. То, что он впервые оказался жертвой, добавляет ему человечности и резко отличает его от осточертевших супергероев. А Фуриоса вынесла на помойку и Элис из "Обители зла" и прочих вандервуменов с нечеловеческими способностями.


Collapse )
amelia

Битва за Севастополь

Оригинал взят у saintvlad в Битва за Севастополь
Как всегда — со спойлерами, то есть, для обсуждения с посмотревшими. А всем, кто еще не посмотрел — твердый совет посмотреть. Это уже, как минимум третий отечественный фильм с начала года, который нельзя пропустить.



1957 год. Элеонора Рузвельт прибывает в Москву. Но прежде, чем отправиться на официальный приём, она просит отвезти её к старой подруге. Встречающий её дипломат не видит причины отступать от протокола. Тогда Элеонора рассказывает ему о том, кого именно она хочет навестить. Это — Людмила Михайловна Павличенко, героиня Советского Союза, легендарная женщина-снайпер, убившая 309 нацистов. Четырежды раненная Павличенко приезжала в Штаты в 1942 году в составе советской делегации, по личному приглашению Первой Леди жила в Белом доме, отправилась в поездку по США, и убедила американское руководство открыть второй фронт.

Большую часть экранного времени, естественно, занимает война, но война выглядит еще драматичнее на контрасте со сценами сытой и мирной жизни на официальных приёмах в США и с солнечной комедией в довоенном СССР.

Как им удалось сделать кино эпического размаха и высокого кинематографического качества за 5 млн $ со сценами уровня «Перл-Харбора» (не столь длинными, но не менее красивыми) — отдельный большой вопрос на зависть многим и многим. Не будем долго говорить об актерских работах — все они здесь на высочайшем уровне. Конечно же, Юлия Персильд даёт поистине оскаровский уровень (её Людмила Павличенко запросто встаёт в один ряд с такими женскими образами, как л-т Рипли, Сара Коннор и Домино — и я неслучайно привожу в пример только голливудских персонажей, у нас экшн-героинь во-об-ще нет, если не брать недавний «Батальонъ», где актерские работы были супер, а вот цельность сюжета на монтаже пострадала изрядно). Бесконечно круты и Олег Васильков (Макар), и Никита Тарасов (Боря), и Полина Пахомова (Маша), и покойный Виталий Линецкий (майор), и трудноузнаваемый Пускепалис в коротком эпизоде. Отметим мощную режиссерскую работу (я для себя выделил несколько сильных находок). Отметим, помимо прочего, изящество и правильное содержание вступительных титров (всей индустрии пример). Признаем, что кавер Полины Гагариной и Константина Меладзе на «Кукушку» звучит лучше цоевского оригинала, а «Обiйми» — вещь пусть и немногословная, но не менее сильная. Поблагодарим создателей фильма за честность там, где она в историческом фильме уместна и нужна, и за проявленное мастерство в переработке фактов биографии во имя качественной драматургии (а кому хочется стопроцентного соответствия всех фактов — читайте книжки). И не будем зацикливаться на названии: да, можно было и лучше — но не в названии тут сила.

Битва за Севастополь

Займёмся разбором истории и подумаем, чему мы можем научиться. (Spoiler Alert!)

Начнём с начала — как вызвать любовь к главному герою. Александр Митта учит, что есть три способа — сделать героя смешным, профессионалом в своём деле, или жертвой несправедливости. Четвертый способ известен благодаря Блейку Снайдеру как «спасите котика» — герой должен совершить положительный поступок, помочь кому-нибудь. В «Битве за Севастополь» применяются когда три, а когда и все четыре способа.

Сначала нас шокируют ледяными отношениями отцом, который «растил её, как мальчика». Дочь празднует поступление в вуз — отец сначала осуждает её нарядное платье, а затем говорит, мол, чего тут отмечать — «должна была поступить, и поступила». И встык с этой сценой - кадр, где какой-то посторонний мужчина (как и отец героини - в военной форме) радостно нянчится с маленькой девочкой. Далее девушка обнаруживает выдающийся спортивный талант (такой, что по докладу инструктора тира её направляют на «курсы мастеров точного выстрела»). Это, кстати, тоже не вызывает адекватной реакции у отца — лишь когда дочь скрывается за дверью, он говорит (своей жене, а не дочери), что на войне женщинам хуже всего. Выходит, кстати, что отец так или иначе любит Людмилу. Она, правда, этой любви почувствовать не может. Значит, профессионал в своем деле — есть, жертва несправедливости — есть. И — «спасите кошку»: на пляже Людмила в своей суровой манере велит подруге Маше сидеть в тени, т. к. у той недавно был солнечный удар. Отец выступает в качестве того, что некоторые называют «тенью»: он — та психологическая травма, которую героиня так и не сможет до конца залечить. После разговора с отцом дочь отправляется на фронт. И даже на фронте она очень нескоро услышит слова одобрения! Генерал вручит ей наградное ружье со словами «молодец Мишка!», имея в виду её отца.

Героическая история, как правило, строится по правилам мифа или, что примерно то же самое, волшебной сказки. Сначала — приглашение в путешествие, затем отказ и последующее принятие вызова. В данном случае в день нападения Германии на СССР героиня вынуждена, уже зная, что началась война, сначала идти в оперу, а уж потом — «Я закончила курсы мастеров точного выстрела, я нужнее там» — отправляется на фронт. Далее герой по законам жанра, как правило, преодолевает трёх антагонистов — каждый будет сильнее предыдущего. Здесь антагонист, в общем-то, один — фашистские захватчики (лишь к финалу появляется некая персонификация в виде лучшего немецкого снайпера, ради дуэли с которым Людмила вынуждена мобилизовать все оставшиеся физические и душевные силы). Но три этапа пути всё же в наличии — это три печально завершившихся фронтовых романа.

1. Капитан Макаров, или просто Макар. Макар несколько раз за очень короткий период спасает Людмилу — от пули, от чрезмерно настойчивого лётчика (впрочем, от лётчика Людмила спасется всё-таки сама), и выкапывает из-под земли — можно сказать, с того света, из могилы. Перерождение. Прийдя в себя на больничной койке, Людмила шепчет ему «я тебя люблю». Но Макар погибает где-то за кадром, пока Людмила проходит лечение, и она, унаследовав его винтовку, возвращается на фронт.

2. Лёня Киценко (Цыганов). Здесь намечается второе перерождение и второе эмоциональное открытие Людмилы (она понимает, что хочет ребёнка) и самая эффектная реплика фильма: «Война — это не только смерть. Война — это такая жизнь. […] Нельзя жить ради мести». Именно здесь всё то, что подавляет в себе Людмила до войны (а судя по последнему кадру — и после) оживает. Лёня — самая эмоциональная фаза фильма, и три ключевых эпизода с ним — это три, так сказать, музыкальных клипа: развитие отношений — кавер «Кукушки» в исполнении Полины Гагариной, роман — «Miss Pavlichenko» Вуди Гатри, и трагический финал — «Обiйми» Океана Эльзы. Здесь — самые красивые и поэтичные кадры. Здесь Людмила становится человеком.

3. Врач Боря. Эта сюжетная линия «как бы» остаётся фоном для двух вышеперечисленных, но она намечается раньше них, и по итогу оказывается самой важной и серьезной, тут уже нет ни возвышенных фраз, ни мыслей о ребёнке, тут — просто жизнь. «Это мой довоенный друг», — представляет его Людмила Лёне. В контексте ситуации «довоенный» само по себе уже звучит, как пустое место, а быть у женщины на положении «друга» — самая безнадёжная ситуация для того, кто неё влюблен. Боря, выражаясь современной терминологией, у Людмилы во френдзоне. Он удостаивается от неё одного поцелуя — за то, что признаёт годной к строевой службе в тот момент, когда ей это было нужно. Но в конце концов Людмила назовёт его героем — того, кого в начале фильма лётчик несправедливо и не по делу назовёт трусом. Правда, сам он слова «герой» в свой адрес не услышит — слова Людмилы передаёт нам рассказчица, Элеанор Рузвельт. А вот оскорбления в свой он слышал, и отвечал более чем достойно. «Вы сможете кого-нибудь защитить?» — «Нет, — не дрогнув, отвечает Боря. — Защитить не могу, а вот спасти — могу». И Боря несколько раз выхаживает, а в итоге действительно спасает Людмилу, отдав ей свой эвакуационный талон, тогда как «смелый» и «мужественный» лётчик пытается изнасиловать Людмилу со словами «мы взрослые люди».

Отношения Людмилы с мужчинами прерываются самым драматичным образом. Макар погибает где-то вне экрана. Лёня явно собирается начать разговор, которого Людмила от него так ждёт — и именно в этот момент взлетает сигнальная ракета, начинается артобстрел. Да и Боря сажает Людмилу на подлодку и прощается в бесплодной надежде «таки выбраться отсюда», вспомнив поход в оперу и рыбу-фиш у родителей — а кроме них, больше-то ничего радостного и не было. И всё это — за один с чем-то год войны, 1941–42, из которых несколько месяцев главная героиня находилась на больничной койке, а остальное время пачками валила вражеских солдат! В этой плотности событий — еще одно достоинство картины: история одного человека длиною в четверть войны. Начинаешь думать о масштабе войны в целом — и не можешь уместить этого в голове.

К слову, три способа идентификации с героем, используемые для создания эмоциональной привязки зрителя к Людмиле, используются и для её мужчин. Все они — профи, все так или иначе — жертвы несправедливости, и все, в конечном счете, спасают её, Людмилу. А Боря, к тому же, смешной.

Еще у необщительной и сосредоточенной Людмилы есть подруга Маша, чей характер полностью противоположен главной героине. Маша полна жизни, в какой-то степени даже наивна. Она живёт в мечте, в светлом будущем. Сначала — еще в мирное время — у нее на уме романтичнейший выбор между моряками и лётчиками. Затем — грандиозный эпизод в окопе, когда она перевязывает раненого фашиста (и не забывает написать записку с временем наложения жгута: «всё, мой хороший!»), а через секунду этого самого фашиста кладёт из своей винтовки Людмила. Затем в блиндаже она дарит Людмиле тёплое белье: «нам с тобой еще рожать». Наконец приглашает Людмилу и Лёню на свадьбу, которой, как окажется, не суждено состояться. И даже на поминках, которые случаются вместо, она еще пытается — уже через силу и тщетно — сохранять бодрое расположение духа. В итоге Людмила спасается, а Маша погибает, как и тысячи оставшихся в Севастополе. И ей мы тоже сочувствуем — она смешная, она заботится о Людмиле, она профи (эпизод с раненым немцем!), и, в конечном счете, тоже жертва.

Элеонора Рузвельт, от лица которой ведется повествование — это рассказчик для нас и «ментор» для главной героини. На самом деле, конечно, функции ментора в фильме распределены в равной степени между Элеонорой, любимыми мужчинами, а также майором, обучавшим снайперов на курсе молодого бойца. Но Элеонора стоит особняком, т. к. находится вне театра военных действий и, в общем, является единственной женщиной, которая напоминает Людмиле о том, что она, Людмила, — женщина (на контрасте — недалёкий и завистливый глава советской делегации Красавченко: «Ты — не женщина, ты — советский солдат»). Здесь же — комичнейший эпизод, где Людмила оказывается в платье и сапогах, а Рузвельт — в советской армейской пилотке. Только здесь, вдали от фронта и наедине с этой пожилой женщиной Людмила может себе позволить быть слабой, выдохнуть «я больше не могу». Здесь мы — по-моему, впервые в кино о Великой Отечественной — видим посттравматический синдром (Людмила пугается упавшей на пол сковороды). В конце концов, именно «американская» линия оправдывает голливудский киноязык, надеюсь, открывающий фильму дорогу в мировой прокат, т. к. выглядит уместно, оправдана историческими фактами и превращает фильм из национального в глобальный.

Помимо прочего, в фильме классные диалоги:

— Товарищ майор, отойдите! [от мишени]
— Стреляй! Ты же снайпер, а не артиллерист.

— Я давно хотел остаться с тобой наедине.
— Зачем? Не надо, я вас не люблю.

— Позаботься о ней.
— У нас тут обо всех хорошо заботятся.
— Она не все. Она особенная.
— Я знаю, что она особенная. Я тоже ее люблю, и давно.
— Ну тогда я спокоен.

— Я полюбил Людмилу еще до войны.
— Жалеешь?
— Что влюбился?
— Что на войну пошел.
— Нет, здесь мы с ней иногда видимся.


И вот еще что. Иногда отмечают «скомканность» финала. Не соглашусь. Просто финал — не самый драматичный эпизод фильма. Для меня все эмоции сосредоточились во фронтовых, а не американских или послевоенных советских сценах. Не могла же, в самом деле, Павличенко разрыдаться на плече у Элеоноры Рузвельт! Это было бы нечестно и разрушило бы тщательно выстроенный образ персонажа. Но в самом последнем кадре есть то, что я больше всего люблю в фильмах, которые заканчиваются хэппи-эндом: осознание, что не всё так просто. Павличенко, со слов рассказчицы, «выиграла все свои войны — и как солдат, и как женщина». И вот — 1957, опера, в ложе сидит спокойная сорокалетняя женщина с золотой звездой на груди, выглядящая лет на 10–20 старше. Рядом — сын в пионерском галстуке и Элеонора Рузвельт. А ощущения счастья как-то нет. Но откуда ему взяться? Ведь если война закончилась — это еще не значит, что раны не болят.