Category: компьютеры

amelia

Любопытные трансформации одного слова

Интересно, как со временем слова могут изменить смысл на прямо противоположный. Довелось мне недавно полюбопытствовать, каков конкретный смысл редкого прилагательного "вальяжный", которое нынешние пейсатели клавиатурой используют как попало, вплоть до отождествления с прилагательными "развязный" и "хамоватый". Давно хотела точно узнать, что значит "вальяжный мужчина", к примеру.

И вот, первоначальное значение этого слова было "грузный, неповоротливый, тяжелый, дородный", чуть позже - "чинный" или "важный", в то время как сейчас вальяжность - это "томное изящество" или, если хотите, "ленивая грация", "непринужденность". Почему чаще употребляется применительно к мужчинам? Да потому, что до недавних пор социум требовал от дам строгости нравов и поведения, веками ей приходилось суетиться вокруг семьи и детей и постоянно беспокоиться о внешности. Какая тут непринужденность, разве что ты настолько богата, что можешь перенести повседневные хлопоты на других и только тогда наслаждаться жизнью.

О причинах перехода можно только гадать. Быть может, кому-то, кто слышал слово впервые, показалось, что слово очень по-французски звучит, а Франция с грузностью и неповоротливостью ассоциируется плохо. 

(no subject)

Мы пришли. Я снова завязываю тебе глаза и опускаю тебя на коврик - на колени, лицом вниз. Мне нравится, как белеют на коврике твои ладони. Оставляю тебя в темноте наедине с моими котами, которые принимаются любопытно тебя обнюхивать. Сама не спеша ухожу мыть руки и переодеваться в белое приталенное, расклешенное книзу платье, лишь слегка не доходящее до пола. Отсчитываю четверть часа, чтобы дать тебе время перейти из реального мира в мой.
Пора. Я включаю на компьютере музыку и захожу к тебе под звон сямисэна. Вожу шлёпалкой стека по шее, по приоткрывшейся спине, погружаю пальцы в длинные волосы и слышу стон. Так быстро пошла реакция? Неужели? Я ж и не делала еще ничего. И вот, ошейник защёлкнут у тебя на шее, ты обнажена по пояс, и в моей руке холодный нож. Я принимаюсь водить по твоей спине то плоскостью, то лезвием. Ты стонешь ещё сильнее, сладко извиваясь в моих руках. Я откидываю тебя назад, ко мне лицом, проводя острым металлом по лицу, груди, животу и шее. Видела бы ты свои глаза сейчас... Но хватит холода, пора бы добавить и жару. Я беру одну из горящих свечей и лью парафин так, что от середины груди к низу живота тянется тонкая цветная линия. Ты громко шипишь, вздрагиваешь и глубоко вбираешь в себя воздух, а я жду несколько секунд и целую твою кожу по всей длине этой линии, чтобы утихла боль. Вторую линию я рисую поперек твоей груди, второй рукой слегка прихватив тебя за шею. И снова целую, слыша "Спасибо, Госпожа". Когда я отпускаю тебя, мои руки целуешь уже ты и так трогательно трёшься о них щекой. Мне досталась воистину славная девочка.
Я хочу сделать тебя ещё красивее и приношу из соседней комнаты свои любимые вещи - чёрное платье из вязаного шёлкового кружева и атласный корсет. Велю тебе раздеться до белья и надеваю на тебя платье. С корсетом немного посложнее: его приходится сначала расшнуровать, потому, что ты слегка меня шире. Зато он не будет болтаться на тебе так, как на мне, и я могу его на тебе затянуть посильнее, чтоб ты ни на минуту не забывала: ты в моём плену.
-А обувь? Ты взяла её?
-Я не успела, Госпожа.
Я даю тебе лёгкую пощёчину - для порядка. Велю тебе пройтись в моих шмотках и вижу, что твоя походка хороша и без каблуков. Ладно, живи пока. Крашу тебя по-новой, отмечая, что моя красная помада идет тебе сильнее,чем мне. И вот теперь ты - словно моё второе я, словно неизвестная часть меня. Должно быть, мы очень красиво смотримся сейчас вместе.
Я велю тебе сделать чаю, мы пьем его вдвоем: я - на диване, ты - на коврике. В твоих глазах кротость, сквозь которую проступает вожделение...